katehon@mail.ru

АРХИВ






Константин Великий
(М., Вече, 2011)



Альманах
"Северный Катехон"II


Энциклопедия
"Россия: Православие"

Философская карта Арбата. Дом Лосева

















Елена Малер-Матьязова


Ортодоксальные принципы
христианского календаря

       Христианская религиозная парадигма в истории челове­чества претерпела целый ряд изменений, приведших к воз­никновению ее нескольких модуляций — так называе­мых «ветвей христианства». Эти исторические изменения затронули все без исключе­ния частные аспекты единой христианской парадигмы, начиная от догматических и заканчивая эстетическими установками. Одним из та­ких аспектов является кален­дарная система, которая в те­чение двухтысячелетней хри­стианской истории претерпе­ла троекратное реформиро­вание, результатом чего ста­ло создание в IV в. от Р.Х. Юлианского, в XVI в. Григорианского и в XX в. Но­воюлианского христианско­го календаря. Проблема календарной системы является важней­шей проблемой современно­го мира, в котором сосущест­вуют все три ее варианта, на­ходящихся в жесткой кон­фронтации. В последнее вре­мя все чаще поднимается во­прос о необходимости введения в современном мире еди­ной календарной системы, а именно Григорианской, ре­шение которого пока было осуществлено только на светском уровне — григори­анский календарь получил статус международного светского нового стиля. Ре­шение же этого вопроса на уровне религиозном пока еще осуществлено не оконча­тельно: несмотря на то, что современные христианские церкви, использующие Гри­горианский календарь, со­ставляют большинство, неко­торые на протяжении всей христианской истории ус­тойчиво продолжают поль­зоваться календарем Юлиан­ским. Любая календарная сис­тема — это не просто опреде­ленная таблица, располагаю­щая в определенном порядке различные временные отрез­ки, согласовывая их с астро­номическими явлениями. Ка­лендарная система является отражением и схематичным изображением определенной онтологии, конкретной кар­тины, а принцип ее организации — отражением и схематичным изображени­ем определенной парадигмы сознания. Поэтому, разли­чия между существующими христианскими календарны­ми системами являются не простыми номинальными разногласиями, но проекци­ями сущностных глубинных противоречий между христи­анскими конфессиями онто­логического и гносеологиче­ского порядка.

 

I. Дохристианские календарные системы.

       К началу христианского этапа истории человечества было выработано огромное число многообразных кален­дарных систем, в основе по­строения которых лежал принцип согласования про­должительности средних солнечных суток с постоян­ными, циклически повторяю­щимися явлениями астроло­гического или природного характера. Типологически можно выделить три типа ка­лендарных систем:

1) система Лунарного календаря 1, осно­ванная на согласовании сред­них солнечных суток с месячным Лунным циклом; 2) система Солярного календа­ря 2, основанная на согласо­вании средних солнечных су­ток с годичным Солнечным циклом; 3) система Лунарно-Солярного календаря 3, осно­ванная на согласовании сред­них солнечных суток и с ме­сячным лунным циклом, и с годичным солнечным цик­лом одновременно. В совре­менных исследованиях часто встречается обозначение со­лярных календарей как свет­ских, связанных с сельскохозяйственными действиями, в противовес лунарным как религиозным, связанным с ритуальными действиями, что является ошибочным, поскольку сельскохозяйствен­ный труд традиционных цивилизаций являлся сакральным действом, впрочем, как и любая форма жизнедея­тельности; а потому можно утверждать, что все дохристианские календарные системы носили сакральный тра­диционный характер, при этом лунарные календари отображали порядок ри­туальных культов, солярные календари отображали поря­док сельскохозяйственных культовых действий.

 

Генетические источники христианского календаря.

       Христианская календар­ная система имеет два гене­тических источника: древне­римский календарь и иудей­ский календарь, что является прямой проекцией становле­ния самого христианства как третьей религиозной пара­дигмы наряду с греко-рим­ской манифестационистской и иудейской креационист­ской. Древнеримский кален­дарь существовал как лунар-но-солярный, согласовываю­щий лунные месяцы с тропи­ческим годом за счет перио­дического добавления к пер­воначально существовавшим десяти месяцам сначала од­ного, а позднее двух месяцев, в результате чего он стал на­считывать 12 месяцев по 30 дней с остающимися 5-6 «лишними» днями. В 46 году до Р.Х. александрийский аст­ролог Созиген предложил Dictator in perpetuum — «вечному диктатору» Гаю Юлию Цезарю (100-44 до Р.Х.) провести реформу древнеримского календаря, которая заключалась в рас­пределении остающихся «лишних» дней по календар­ным месяцам. С согласия Юлия Цезаря, Созиген, вме­сте с группой александрий­ских астрологов разработал новый древнеримский кален­дарь, состоящий из 12 меся­цев, парные из которых на­считывали по 30 дней, непар­ные — по 31 дню; другим важным нововведением была новая система високосов: каждый четвертый год со­держал по одному дополни­тельному дню, который вставлялся после 6 февраля и назывался «bis-sextus» — «дважды шестой» — висо­косный. Новый древнерим­ский календарь получил название «Юлианского» и был введен в качестве официаль­ного календаря Римской Им­перии с 1 января 709 г. «ab Urbe condita» — «от ос­нования Города», или 1 янва­ря 45 г. до Р.Х.

       История формирования иудейского календаря носит уникальный характер, по­скольку в основе этой кален­дарной системы лежат не ас­трологические явления, а ряд событий из истории иудей­ского народа, представляю­щих для него важнейшее ис­ториософское значение. Ос­новные календарные ориен­тиры иудейского годового цикла обозначаются в Вет­хом Завете в связи с иудей­ской пасхой — реальным ис­торическим событием, произошедшем в Древнем Египте XIII в. до Р. X., когда, соглас­но Ветхому Завету, Ангел Господень поразил смертью всех египетских первенцев мужского пола, пройдя мимо намеренно окропленных кровью жертвенного ягненка еврейских домов 4. Времен­ным ориентиром иудейской пасхи является то, что это событие произошло в ночь с 14 на 15 число месяца авива (или нисана), первого из ме­сяцев иудейского лунно-сол­нечного календаря, выпада­ющую на первое полнолуние. Эта связь даты иудейской пасхи с определенной фазой Луны способствовала ста­новлению иудейскаой кален­дарной системы как лунарной. Известно, что к началу христианской эры иудеи пе­рестали праздновать Пасху единообразно в один и тот же день, а начали вводить различные календарные сис­темы, соотнесенные с кален­дарями местностей своего расселения. Раввины осозна­ли необходимость проведе­ния календарной реформы и создания нового обяза­тельного для всех иудеев ка­лендаря, процесс создания которого был завершен тео­логом Гилелем II в IV в. от Р.Х.. В его основу был по­ложен 19-летний цикл вави­лонского календаря с добав­лением некоторых измене­ний, требующихся иудей­ским ритуалом; основной же минус его заключался в том, что вычисляемая по нему иу­дейская пасха могла выпа­дать и раньше даты весеннего равноденствия. Тем ни ме­нее, в 344 г. от Р.Х. общеиу­дейским календарем стал именно этот.

 

II. Христианский Юлианский календарь.

         Процесс формирования христианского календаря является прямой проекцией истории формирования христианства как новой мировоз­зренческой парадигмы, первоначально зависимой, но быстро преодолевшей традиции иудаизма и рим­ского язычества. Христианство возникло в конкретной системе пространственных и временных координат: в Римской Империи, внутри существующей древнерим­ской юлианской календаре ной системы. Но в основе христианской парадигмы ле­жали важнейшие события Новозаветной Истории, про­изошедшие в соответствии с определенными координа­тами иудейского календаря. Центральное смысловое Евангельское Событие Вос­кресения Христова — Пасхи, произошло, во-первых, после иудейской Пасхи, а значит после 14 нисана, а во-вторых, в конкретный день иудей­ской седмицы — на следую­щий день после Субботы, то есть в Воскресение 5.

       Первоначально христиа­не праздновали иудейскую пасху 14 нисана, что явля­лось самым древним христи­анским литургическим обы­чаем, поскольку, согласно Евангелию, Иисус Христос во время Своей земной жиз­ни принимал участие в иу­дейских праздниках и Его примеру последовали апос­толы и после Его Вознесения. Началом христианской ре­формы юлианского календа­ря стало решение совершать праздник христианской Пас­хи отдельно от иудейской, что было связано с осознани­ем необходимости оконча­тельного размежевания с иу­дейской парадигмой. Пер­вым шагом этого размежева­ния стала установка празд­новать Пасху в соответствии с Евангелием — в Воскресе­ние, в связи с чем в качестве даты христианской Пасхи было предложено первое Воскресение после 14 нисана. Но некоторые христиане, на­селявшие римскую провин­цию Асия, продолжали сле­довать предыдущей практике празднования Пасхи, в связи с чем они были прозваны четыренадесятники — празд­нующие в «четыренадесятый» — 14-ый день лунного месяца.

       Следующим шагом раз­межевания с иудейской па­радигмой стало решение о необходимости создания собственной христианской Пасхалии, независимой от даты 14 нисана, которая, по­сле иудейской календарной реформы Гилеля II, стала вы­числяться неправильно и пе­риодически приходилась до весеннего равноденствия, что могло отразиться и на времени празднования хрис­тианской Пасхи. В связи с этим, две основные христи­анские кафедры — Рим и Александрия, начали, неза­висимо друг от друга, состав­лять собственные Пасхаль­ные таблицы. Проблема за­ключалась в согласовании лунных и солнечных кален­дарей при уже существую­щих двух циклах: 8-летнего и 19-летнего. Первоначально и Рим, и Александрия начали с использования более про­стого 8-летнего цикла, кото­рый был предложен римским богословом Св. Ипполитом Римским (ок.170 — ок.236), а в Александрии — епископом Александрийским, уче­ником Оригена Св. Дионисием Александрийским (247—264). Но вскоре александрийская кафедра перешла к использованию 19-лет­него цикла ввиду неточностии неудобности 8-летнего, римляне же продолжали придерживаться своей прак­тики. Однако часть христиан Антиохийского Патриархата из Сирии, Месопотамии и Киликии продолжали при­держиваться обычаю совер­шения христианской Пасхи в первое Воскресение после 14 нисана, в связи с чем они были вынуждены иногда со­вершать Пасху до весеннего равноденствия, как и иудеи, почему получили название «протопасхиты ».

       Впервые разница между пасхальными таблицами Ри­ма и Александрии, приводя­щая к неодновременному празднованию главного цер­ковного праздника, стала предметом обсуждения око­ло 155 г. от Р.Х. при посеще­нии епископом Поликарпом Смирнским (ок.85-157), уче­ником апостола Иоанна, римского епископа Св. Аникета. Но единообразия в пра­здновании Пасхи не было до­стигнуто, так как обе сторо­ны желали следовать своим пасхальным таблицам, но тем не менее, церковное евхарис­тическое общение между ка­федрами прервано не было. Вскоре возник серьезный конфликт, инициированный со стороны Рима, когда рим­ский епископ Виктор (189-198) в 195 г. потребовал от малоазийцев праздновать Пасху вместе с остальной Церковью под угрозой отлу­чения. Но по убеждению ма­лоазийцев римский обычай был явным «нововведением», тогда как малоазийский на­следовал апостольской прак­тики. Епископ Ефесский По­ликрат (II в. от Р.Х.) написал епископу Виктору ответное послание, где объяснял пра­вомочность своего обычая в ответ же римский епископ от­лучил малоазийцев от евхаристи­ческого об­щения. Та­ким образом, к началу IV в. в христианском мире употреблялись три Пасхалии, основанные на различных лунных циклах: александрийская, римская и малоазийская (сирийская).

 

Первый Вселенский Собор:
утверждение оснований Христианской Пасхалии.

       Вопрос об основаниях Христианской Пасхалии был поставлен на I Вселенском Соборе, созванном римским императором Константином I Великим (288-337) в г. Никее в 325 г. Основные положения соборного решения отражены в итоговом Посла­нии императора Константи­на к епископам, не присутст­вовавшим на Соборе. Пер­вым требованием соборного Послания было праздновать христианскую Пасху не од­новременно с иудейской, по­скольку по своей смысловой нагрузке лежащие в их осно­ве события не имеют никако­го содержательного отноше­ния друг к другу: пасха иу­дейская является событием помилования еврейского на­рода в ночь осуществления казни египетской Ангелом Господним, Пасха христиан­ская является Событием Вос­кресения Господа Иисуса Христа. Вторым требованием соборного Послания было праздновать христианскую Пасху не ранее весеннего равноденствия, представлен­ное в Седьмом Апостольской правиле. И, наконец, третьим требованием Послания был строжайший запрет на отде­ление от общепринятой Пас­халии, чем была обозначена необходимость единовре­менного соблюдения христи­анского календарного цикла, поскольку все христианские Церкви как составляющие единого Тела Христова должны пребывать в едином литургическом ритме. Сам Император Константин Ве­ликий называл едва ли не са­мым важным достижением Собора установление цер­ковного единства, причем единства и внутреннего, за­ключающегося в общем ис­поведании веры, и внешнего, заключающегося в едином следовании установлениям Церкви. Таким образом, были обозначены основные прин­ципы Христианской Пасха­лии, по которым Пасха должна была совершаться в соответствии с Евангель­скими событиями в первый Воскресный день после пер­вого полнолуния, следующе­го за весенним равноденстви­ем единовременно всей Цер­ковью. В качестве христиан­ского календаря был при­знан уже существующий Юлианский календарь, соче­тающийся с установленными принципами Христианской Пасхалии. Причем Юлиан­ский календарь оказался удивительно удобным для вписывания в него Пасхаль­ного и богослужебного хрис­тианского цикла, который регулярно возобновлялся че­рез период в каждые 532 го­да, названный Великим Ин-диктионом. Единственным изменением в структуре юли­анского календаря было вве­дение деления календарных месяцев на семидневные цик­лы — недели, в соответствии со Священным Писанием 6.

       Реализация выработан­ных положений относитель­но празднования Христиан­ской Пасхалии на практике оказалась весьма сложной. Практически сразу же после I Вселенского Собора Алек­сандрийский и Римский Патриархаты совершали Пасху в разные дни, несмотря на то, что руководствовались выра­ботанными соборными поло­жениями. Пасхальные таблицы Александрии и Рима дей­ствительно расходились, по­скольку они основывались на разных датах весеннего рав­ноденствия (21 марта в Алек­сандрии и 18 марта в Риме), и на разных календарных циклах (19-летний в Алексан­дрии и 8-летний в Риме). По­пытку устроения единовременности в праздновании Па­схи предпринял епископ Александрийский, учитель Церкви Св. Афанасий Алек­сандрийский (ок. 296-373), который на Сердикском Со­боре 342-343 гг. предложил обоим Патриархатам перей­ти на единую «компромисс­ную» Пасхалию, когда дата каждой Пасхи обсуждалась и определялась в результате соглашения обоих кафедр. Принцип компромиссной Пасхалии просуществовал в течение пятидесяти лет, за которые римская кафедра все чаще и чаще принимала Пасхальную дату александ­рийской. В конце концов, римский аббат Дионисий Ма­лый (ок.550), известный сво­им расчетом и введением ле­тоисчисления от Рождества Христова, предложил рим­ской кафедре полностью пе­рейти на александрийскую Пасхалию, что и было осуще­ствлено.

 

III. Реформа христианского Юлианского календаря:
Григорианский календарь.

       Как известно, сосущест­вование четырех Восточных и Западной Римской Патри­архий в Единой Христиан­ской Церкви с первых же ве­ков христианства было до­статочно конфликтным и в XI в. привело к так называемому «разделению Церквей» на Восточную Православную и западную католическую. Хотелось бы заметить, что таковое общепринятое назва­ние произошедшего события является совершенно невер­ным и некорректным, по­скольку Христианская Цер­ковь может быть только Одна, Единая, Православная, Кафолическая, а любые фор­мы «разделения» с нею могут быть осмысленны только как отпадение от нее и восприня­ты как различные христиан­ские ереси. Начавшаяся са­мостоятельная история но­вой римско-католической церкви — западной римской ереси — сопровождалась по­стоянным и систематическим пересмотром основных дог­матов и положений Христи­анской Церкви, соборно обо­значаемых ею на протяжении нескольких веков. В дальней­шем, именно на почве рим­ско-католической церкви возникла новая веха западно­европейской истории и куль­туры — так называемая эпо­ха «Возрождения», вектором развития которой стал про­цесс секуляризации европей­ской религиозной парадигмы во всех ее проявлениях. Не случайно именно эпоха «Возрождения» — уместней было бы назвать ее «эпоха Вырождения» — считается начальной стадией становле­ния "парадигмы Модерна" -секулярной парадигмы со­временного мира. Именно в эту эпоху начинается актив­ное развитие светской фило­софии и светской науки, ос­новывающейся на знании не метафизическом, а физичес­ком, естественнонаучном. В авангарде формирования новой парадигмы стояла ас­трономия — секулярная ин­версия традиционной науки астрологии, изучающая не предзаданные смыслы астро­логических явлений, а их на­думанные физические вели­чины.

       Вопрос о календаре стал одним из важнейших как для римско-католической церк­ви, так и для научной астро­номии: с обеих сторон воз­никло желание создать но­вый календарь, отличный от Юлианского и соответству­ющий новейшим научным ас­трономическим данным. Действительно, как и все пре­дыдущие календари, Юлиан­ский также имел свои неточ­ности: в частности, юлиан­ский год оказывался больше тропического на 11, 25 ми­нут; а его погрешность со­ставляла накопление в коли­честве 3 дней за 400 лет. Не­точности юлианского кален­даря были замечены как вос­точными, так и западными астрологами, но если визан­тийские ученые не намерева­лись совершать никаких из­менений соборно установ­ленной календарной систе­мы, то западные ученые пы­тались усовершенствовать существующий календарь уже с конца XIII века.

       Итак, данные активно развивающейся в эпоху Воз­рождения светской астроно­мии достаточно быстро по­ставили вопрос о правильно­сти Юлианского календаря. Эти астрономические заме­чания способствовали акти­визации споров внутри рим­ско-католической церкви, которые продолжались в те­чение трех веков и разреши­лись в конце XVI века, через сто с лишним лет после паде­ния столицы Восточной Пра­вославной Церкви — Кон­стантинополя в 1453 году. В 1573 году римский Папа Григорий XIII (1572-1585), один из вдохновителей Контрреформации, актив­ный распространитель като­лицизма в Малороссии, со­здал специальную комиссию для разработки проекта ре­формы юлианской календар­ной системы. По прошествии десятилетия в качестве луч--шего был выбран проект ре­формы итальянского мате­матика и врача Луиджи Лилио (1520-1576). Календарная реформа представляла собой изменение установленной христианской Пасхалии, а затем уже самого календа­ря. По данным папской ко­миссии, опирающейся на на­учные астрономические рас­четы, день весеннего равно­денствия со времен первых веков христианской эры сме­стился вперед на 10 дней в ре­зультате погрешности Юли­анского календаря (в IV в. он выпадал на 21 Марта, а в XVI в. — на 11 Марта). В этой свя­зи комиссия решила устано­вить неизменную дату весен­него равноденствия 21 Мар­та, для чего было решено в календарном счете переме­ститься на 10 дней вперед. Ошибка этого решения со­стояла в том, что ориенти­ром нового григорианского календаря стал только сол­нечный цикл вместе с ключе­вой для него датой йесеннего равноденствия; тогда как были совершенно проигнори­рованы фазы лунного цикла, принципиально важные для определения христианской Пасхалии. Таким образом, решение папской комиссии нарушило достигнутое в лу-нарно-солярном юлианском календаре согласование лун­ного и солнечного цикла и, соответственно, утвержден­ную структуру 532-летнего Юлианского Пасхального Цикла — Индиктиона. Б ре­зультате принятого решения период самой западной пас­халии стал настолько вели­ким (5700000 лет!), что ее можно было считать уже не цикличной, а линейной, в связи с чем пасхальные да­ты каждый год надо было высчитывать отдельно, Для этого впоследствии прибегали к уточненной форму­ле немецкого астронома и математика К.Ф.Гаусса (1777-1855). Кроме того, в ре­зультате проведенных изме­нений западная Пасха могла наступать одновременно, и даже ранее пасхи иудей­ской, что является уже пря­мым нарушением нескольких соборных установлений и правил и противоречит Са­мому Священному Писанию, в соответствии с которым Воскресение Господне про­изошло хронологически по­сле празднования иудейской пасхи.

       Для устранения погреш­ности Юлианского календа­ря, составляющей накопле­ние в количестве 3 дней за 400 лет, была изменена юли­анская система високосов: было предложено уменьшить количество високосных дней на 3 в течение каждых 400 лет за счет утверждения невисо­косными каждых 100, 200 и 300 годов при каждом 400-ом високосном годе. В результате действительно было получено значительное приближение к длине тропи­ческого года; ошибка же но­вого календаря составляла 1 день за 3333 года. 24 февраля 1582 г. Папой Григорием XIII была издана специальная Булла «Inter Gravissimas», в соответствии с которой следующей датой после 4 октября 1582 г. шло 15 октября — эта дата счита­ется официальной датой вве­дения иной календарной сис­темы, получившей название «григорианского» календа­ря. Важно было бы отметить, что Булла, во-первых, была издана только внутри католической церкви — консуль­тации по поводу реформы с представителями Право­славной Церкви не проводи­лись, а во-вторых, она была адресована исключительно католическим правителям Европы — ее постановления не распространялись на представителей Православ­ной Церкви. В этой связи проведенная календарная ре­форма не может считаться общецерковной, а исключи­тельно «католической», ее целью было не искреннее же­лание создания астрономи­чески более точного календа­ря, а желание создание соб­ственно «католического» ка­лендаря, отличного от кано­нического православного и претендующего на боль­шую научную астрономичес­кую точность и адекватность возникшим реалиям Нового времени.

 

Христианский мир
между двумя календарными системами.

       После выхода Папской Буллы все католические стра­ны под угрозой отлучения пе­решли на новый Григориан­ский календарь. Протестант­ские государства поначалу выступили резко против гри­горианской реформы, но все же постепенно, в течение XVIII века, перешли на новое летоисчисление. Интересно, что западноевропейский уче­ный мир также не сразу при­нял новую календарную сис­тему. Французский матема­тик Франсуа Виет (1540-1603) утверждал астрономическую необоснованность григори­анской календарной системы, а французский ученый Жозеф Скалигер (1540-1609), ос­нователь научной хроноло­гии, разработал систему уни­фикации летоисчисления на основе не григорианского, а юлианского календаря. Тем не менее, вскоре григориан­ский календарь стал офици­альным календарем западно­европейской цивилизации, так называемым «новым сти­лем». Православная Церковь резко осудила новый григорианский календарь.как ни­чем не обоснованное и абсо­лютно неприемлемое ново­введение. Сразу же после проведения Папой Григори­ем XIII реформы в 1582 г. Константинопольский Пат­риарх Иеремия II осудил но­вое римское летоисчисление как несогласное с Постанов­лением I Вселенского Собо­ра, а значит с преданием Хри­стианской Церкви. Заметим, что именно Иеремия II в 1589 г. признал Московский Патриарший Престол, возведя на него первого русского Патриар­ха Иова. В следующем 1583 г. Папа Гри­горий XIII направил Константинополь­ской Патриархии предложение о пере­ходе Православной Церкви на новый стиль. В ответ Иеремия II, при участии Александрийского Патриарха Сильвес­тра, Иерусалимского Патриарха Софрония VI и других православных ие­рархов, созвал Константинопольский Церковный Собор 1583 г., в Определе­нии которого были преданы анафеме все нововведения римско-католической церкви, в том числе и введение григори­анского календаря, противоречащего постановлению I Вселенского Собора о порядке исчисления дня Святой Пас­хи. Помимо этого, Определение Кон­стантинопольского Церковного Собора призывало православных неуклонно придерживаться Юлианской Пасхалии и налагало на всех нарушителей отлуче­ние от Православной Церкви. На протяжении последующего времени иерархи Православной Церкви постоянно под­тверждали свое резко осудительное от­ношение к григорианскому календарю и ко всем нововведениям римско-като­лической церкви 7.

 

IV.Новоюлианская календарная реформа.

       Единство Православных Церквей в календарном вопросе, выражавшееся в их следованию Юлианскому христи­анскому календарю, сохранялось на протяжении последующих трех веков. Нарушителем установленного Церков­ного порядка был Константинополь­ский Патриархат — тот самый Патри­архат, который сыграл ведущую роль проводника экуменических тенденций в православный мир в XX столетии. В 1923 г. в Греческом Королевстве в качестве гражданского календаря был введен Григорианский, после чего архиепископ Афинский Хризостом Пападо-пулос посчитал необходимым «согласо­вать» церковный календарь с новым гражданским и решил получить под­держку в этом вопросе от Константино­польского Патриархата. В том же 1923 г. Константинопольский Патриарх Мелетий IV Метаксакис созвал «Всеправо-славный» конгресс — Константино­польское совещание, на котором обсуждался вопрос о проведении новой кален­дарной реформы. Интересно, что в «Всеправославном конгрессе» отказа­лись участвовать главы трех древней­ших восточных Патриархатов — Алек-tt сандрийского, Антиохийского и Иеру­салимского; не принимал в нем участие ни один полномочный представитель Русской Православной Церкви, самой многочисленной Церкви православного мира. Среди различных предложений по изменению календаря звучали доста­точно радикальные, призывающие, скажем, отказаться от подвиж­ного круга праздников и да­же от семидневного поне­дельного распорядка. Окон­чательным решением Кон­стантинопольского Совеща­ния было Положение о пере­ходе Православной Церкви на новый Григорианский ка­лендарь. Важно отметить, что исторически «Всеправослав-ный» Константинопольский Конгресс 1923 г. являлся на­чальным этапом развития христианского экуменичес­кого движения — так называ­емого «Всемирного Совета Церквей», что непосредст­венно отразилось на его про­блематике: помимо вопроса о календаре, на нем обсуж­дался еще целый ряд вопро­сов абсолютно неканонично­го и экуменического характе­ра, в частности, вопрос о раз­решении второго брака свя­щеннослужителям и браке после хиротонии, вопрос о сокращении постов и бого­служений, вопрос о расшире­нии экуменических связей и др. Все это позволяет усом­ниться, во-первых, во всепра-вославной авторитетности, а во-вторых, в каноничности решений, принятых на Кон­стантинопольском Совеща­нии.

       Сразу же после оконча­ния Совещания, в начале 1924 г. архиепископ Хризос-том предложил несколько реформированную версию григорианского календаря — так называемый «новоюли­анский» календарь, разрабо­танный югославским астро­номом и математиком Милутином Миланковичем (1897-1958). Этот календарь имел период в 900 лет, в течение которых число високосных лет уменьшалось на 7, а ошибка в 1 день накаплива­лась в течение 40 000 лет. Он отличался от Григорианско­го некоторой большей точно­стью, но практически совпа­дал с ним вплоть до 2800 го­да, почему и стал считаться просто его модуляцией. В марте 1924 года Греческая Церковь перешла на новый календарь, не дожидаясь ре­шения других Православных Церквей. Следующий Кон­стантинопольский Патриарх Григорий VII в официальном органе Греческой Церкви журнале «Екклезия» напеча­тал грамоту о переходе Пра­вославной Церкви Констан­тинопольского Патриархата на новый стиль. Восточные Патриархи, опираясь на решения Свя­щенных Соборов своих Пат­риархий, первоначально ре­шительно отклонили вопрос об изменении существующе­го христианского календаря и высказались против пере­хода на новоюлианский, а, в сущности, григорианский календарь. Но в тече­ние XX века на рефор­мирован­ный григо­рианский календарь все-таки перешло большинство Поме­стных Церквей. Патриарх Мелетий IV, занимая престол Афинский в 1918-1920 гг., Константинопольский в 1921-1923гг., а затем и Александрийский в 1926-1935 гг., последовательно вводил там новый стиль. Он намеревался занять еще и Иерусалимский престол, но вскоре умер, и Иеруса­лимская Патриархия не пе­решла на новый стиль. Под влиянием Константино­польского Патриарха Афа­насия Румынская Церковь во главе с Патриархом Миро­ном Кристей перешла на но­вый стиль. В дальнейшем, на новый стиль перешли Ан-тиохийская Патриархия — в 1948 году, и Болгарская Па­триархия — в 1968 году.

V.Календарный вопрос в России.

         Как ни странно, несмот­ря на все изменения и ново­введения, проведенные в петровской России, инициатива по переходу на григориан­скую календарную систему не проявлялась. Календар­ные нововведения Петра I были более умеренными и состояли в переводе начала летоисчисления от События Сотворения мира к Событию Рождества Христова; а так­же, во введении первых свет­ских календарных дат, преж­де всего, 1 Января как даты Нового года. Вопрос о необ­ходимости проведения ка­лендарной реформы впервые был поднят русскими учены­ми лишь в XIX веке. Пробле­ма реформы календаря рас­сматривалась в 1829-1830 го­дах в специальном Комитете при Российской Академии наук: Акаде­мия наук высказалась за переход на григори­анский календарь, но ее реше­ние не под­держал министр народного просвещения князь Карл Ан­дреевич Ливен (1767—1844), обративший внимание на все отрицательные стороны но­вого стиля, с доводами ко­торого согласился и импера­тор Николай I. Все последу­ющие многократные попыт­ки подобного рода также терпели неудачу.

       Новый всплеск интереса к вопросу о введении в Рос­сии нового стиля произошел в 1899-1900гг, когда он был поднят Русским астрономи­ческим обществом. По его
инициативе в 1899 году была образована особая Комиссия
для обсуждения вопроса о реформе календаря в Рос­сии. Эта Комиссия имела 8 заседаний в период с 3 мая 1899 г. по 21 февраля 1900 г. Для рассмотрения был представлен новый календарь, согласованный с христианским летоисчислением на основе поправки астронома

       И.Г. Медлера (1794-1874), ко­торый предложил свою схему коррекции отставания ка­лендаря за счет исключения одного дня в каждые 128 лет, в результате чего накопление на один день происходило бы в течение 100 000 лет. Но ка­тегорически против любого отступления от юлианской календарной системы выска­зался профессор древней цер­ковной истории Санкт-Пе­тербургской Духовной Ака­демии В.В. Болотов (1853-1900), аргументировано по­казавший объективные пре­имущества и идеальную при­годность Юлианского кален­даря для Православной Пас­халии, несмотря на некото­рые астрономические неточ­ности, присущие любому ка­лендарю.

       В ноябре 1917 года, сразу после Большевистской Рево­люции, на обсуждение Сове­та народных комиссаров РСФСР был поставлен во­прос о гражданском свет­ском календаре, а 24 января 1918 года был принят «Дек­рет о введении в Российской республике западноевропей­ского календаря», на основа­нии которого последующее 1 февраля 1918 г. было утверж­дено как 14 февраля. Приня­тие большевиками решения перейти на григорианский западноевропейский кален­дарь было, конечно, связано не с желанием отождест­виться с западноевропейской христианской цивилизацией, а с гораздо более сильным желанием растождествиться с Церковью путем введения светского календаря. Безус­ловно, это решение является одним из самых ярких при­меров наличия и проявления секулярной модернистской доминанты в русском боль­шевизме. В сложившейся ситуации проблема календаря была внесена в обсуждение на Всероссийском Церков­ном Соборе 1917-1918 гг., на котором был поставлен вопрос о возможностях при­способления церковного ук­лада к новому гражданскому календарю. Но категорический протест в связи с воз­можностью перехода на но­вый стиль высказал священ­ник, профессор Московской духовной академии Д. А. Ле­бедев, представивший обсто­ятельный доклад, в котором показал безусловные пре­имущества для церковного уклада юлианского календа­ря перед григорианским. В результате, на Соборе бы­ло принято решение оставить Юлианский календарь в ка­честве российского церков­ного календаря.

       После известного Кон­стантинопольского Совещания 1923 г., одобрившего переход на «новоюлианский» стиль, Патриарх Тихон пред­ложил перейти на этот стиль
и в Русской Православной Церкви и издал соответству­ющее Постановление, вво­дившее «новоюлианский» календарь для употребления в Русской Православной
Церкви со 2 (15) октября 1923 г. Однако выполнить это
Постановление оказалось невозможным и в ответной грамоте Патриарху Мелетию
IV Патриарх Тихон был вы­нужден объяснить эту неуда­чу решительным сопротив­лением православного народа. В связи с этим, по проше­ствии 24 дней, Патриарх Тихон 26 октября (8 ноября) из­ дал распоряжение о времен­ном отложении повсемест­ного введения нового стиля.ь Интересно, что похожая си­туация произошла и в Гру­зинской Православной Церкви. В 1928 г. на Тбилис­ском Соборе Грузинской Православной Церкви Пат­риарх Христофор и его архиереи приняли решение ввести в Грузинской Церкви новый стиль, но реформа провали­лась, будучи отвергнута на­родом и большинством свя­щенников.

Всеправославное Московское Совещание 1948 года.

       Событие введения в ряде Православных Церквей но­воюлианского календаря вы­звало большую смуту в пра­вославном мире, разделив православных христиан на «старостильников» — сто­ронников Юлианского ка­лендаря, и «новостильни-ков» — сторонников «ново­юлианского», полугригори­анского варианта. Важной вехой в решении вопроса о календаре стало Московское Совещание Пра­вославных Церквей 1948 г. На Московском Совещании было выработано Постанов­ление, согласно которому все автокефальные Право­славные Церкви были обяза­ны совершать Пасху только по Юлианскому календа­рю — по «старому стилю», в соответствии с Александ­рийской Пасхалией. Вместе с тем для неподвижных пра­здников каждая Автоке­фальная Церковь могла пользоваться существующим в этой Церкви календарем. Решение сочетания Юлиан­ской Пасхалии с принятыми календарными системами не допустило полного осуще­ствления новоюлианской ре­формы и помогло соблюде­нию одного из основных ус­ловий не только Христианской Пасхалии, но и Христиан­ской Церкви — соблюдению ее Единства. Но нужно сказать, что та­кое сочетание но­воюлианского ка­лендаря с Юлиан­ской Пасхалией приводило к серь­езным нестыков­кам и смещениям в годовом бого­служебном христианском цикле: в случае поздней даты Пасхи и, со­ответственно, по­здних последую­щих дат Вознесения Господ­ня, Святой Троицы и Святого Духа, при дальнейшем пере­ходе на новоюлианскую систему происходит значитель­ное сокращение, а иногда и полное исчезновение Апос­тольского поста; кроме того, при искусственном сочета­нии Юлианской Пасхалии с новоюлианским календа­рем происходило сильное из­менение христианского ме­сяцеслова — дней памяти христианских Святых. Эти проблемы показывают не­пригодность новоюлианско­го календаря для полноценного богослужебного хрис­тианского годичного цикла.

       Нужно сказать, что Все­православное Московское Совещание имело огромное значение для православного мира: на московском Совеща­нии для принятия соборного единого решения были по­ставлены самые актуальные и животрепещущие вопросы, среди которых, помимо вопроса о христианском календаре, стоял вопрос о со­временной политике Вати­кана, которая была обвине­на как «антихристианская, антидемократическая и антинациональная», а также во­прос об экуменическом все­ленском движении, которое получило резкое осуждение, подтвержденное единоглас­ным отказом от участия в Ге­неральной Ассамблее экуме­нического «Всемирного Со­вета Церквей». В результате же соборной работы глав ав­токефальных Православных Церквей состоялось объеди­нение и сплочение автоке­фальных Православных Церквей Грузии, Сербии, Ру­мынии, Болгарии, Албании, Польши и Антиохии вокруг Московской Патриархии. Организация Московским Патриархатом Всеправославного Совещания 1948 г., при­остановившего проникнове­ние в православный мир мо­дернизации и экуменизма, и сохранившего Единство Православной Церкви, мо­жет считаться прямым осуществлением функций и роли Московского Патриархата как Вселенского. Интересно, что на Всеправославном Московском Совещании при­сутствовали представители и Константинопольской, и Греческой делегации, кото­рые, по мнению участников Совета, хотели разузнать о ситуации, складывающейся вокруг Московского Патри­архата и были весьма обеспо­коены таким сплочением пра­вославных Церквей вокруг нового центра и возможнос­тью присвоения Московско­му Патриарху Алексию I пре­рогативы Вселенского. Хоте­лось бы напомнить, что исто­рически статус Вселенского можно считать перешедшим на Московский Патриархат еще в XVI веке, после захвата Константинополя, падения Византии, утверждения Москвы — Третьим Римом, а России — Новым Катехоном.

VI. Современный мир: между старым и новым стилем.

       Как было показано, ис­тория реформирования хри­стианского календаря из Юлианского в Григориан­ский, а затем в Новоюлиан­ский является отражением истории реформирования самой Христианской Церкви из Ортодоксальной Право­славной — в западную «като­лическую», а затем — в эку­меническую. В настоящее время весь светский и боль­шая часть христианского ми­ра перешла на григориан­скую календарную систему, которая стала официальной светской системой «нового стиля», стала календарной системой всего католическо­го и протестантского мира, а в ХХв. и части православно­го мира — а именно одиннад­цати Поместных Православ­ных Церквей. Юлианская ка­лендарная система продол­жает использоваться лишь в четырех православных Церквах — Русской, Иеруса­лимской, Сербской и Грузин­ской, а также монастырями Афона. Такое сосуществование обоих календарных систем создает огромное число до­статочно абсурдных неуря­диц, начиная с повторного «совершения» Воскресения Господня в течение одного года и заканчивая совершен­но шизофренической ситуа­цией одновременного суще­ствования светского нового и церковного старого стилей в одном государстве. Кроме того, как известно, уже в 2100 году, который по юлианско­му календарю будет простым, а по григорианскому — висо­косным, разница между дву­мя стилями увеличится еще на одни сутки и составит уже 14 дней. Нужно сказать, что за последние десятилетия ка­лендарный вопрос не раз поднимался на очередных за­седаниях Генеральной Ас­самблеи экуменического «Всемирного Совета Церк­вей», в качестве решений ко­торого предлагались очеред­ные версии Григорианского календаря. В то же время, практически ежегодно от имени Московского Патри­архата произносятся заявле­ния о невозможности пере­хода Православной Церкви на новый стиль, в связи с дог­матическими соображения­ми. Единственным положительным событием в решении проблемы календаря за по­следние время стало вынесе­ние персональных анафем Патриарху Константино­польскому Мелетию Метаксакису и архимандриту афинскому Хризостому Пападопулосу — главным уст­роителям «новоюлианской» реформы — Синодом истин­но-православной Церкви Греции под председательст­вом архиепископа Афинского Хризостома II в 1998 году. Но тем не менее, никаких ша­гов в сторону Юлианской ка­лендарной системы со сторо­ны отошедших автокефаль­ных Православных Церквей сделано не было.

       Разногласия между юли­анской и григорианской ка­лендарными системами, как было показано, являются проекцией противоречий между ортодоксальной Пра­вославной Церковью и секулярной модернистской рим­ско-католической курией. Позиция первой состоит в последовательном следова­нии церковной догматике и в иерархическом подчине­нии всех аспектов бытия религиозному содержанию и смыслу. Позиция второй состоит в последовательной модернизации и стремлении соответствовать перманентно изменяющимся реалиям окружающего мира, ради чего она готова жертвовать религиозным содержанием и смыслом. Эти разногласия являются фундаментальными, принципиальными и несни­маемыми. Поэтому не­обходимо возобновление Всеправославного Цер­ковного Признания абсо­лютной непригодности для Христианского Пасхального и годичного богослужебного цикла ни Григорианского, ни Новоюлианского кален­даря, отошедших от Поста­новления I Вселенского Собора и не соблюдающих вре­менной последовательности Событий Священного Писа­ния ради достижения боль­шей астрономической точно­сти и адекватности по отно­шению к реалиям современ­ного мира.

Остались четыре послед­них Ортодоксальных Патри­архата — Московский, Иеру­салимский, Сербский и Гру­зинский вместе с монастыря­ми Афона, не поддавшиеся календарному «новостиль­ному» расколу, неотступно следуя Постановлению I Все­ленского Собора относи­тельно ориентиров Христи­анской Пасхалии; и сохра­нившие верность святому Символу Веры, утверждаю­щему Веру во Единую Свя­тую, Соборную и Апостоль­скую Церковь Христову. Че­тыре Патриархата, ставших Хранителями Ортодоксаль­ного Юлианского Календа­ря, подчинившего хаотич­ный, вечно изменяющийся, суетный ход Времени строго упорядоченному литургичес­кому циклу Православной Пасхалии

1Лунарный Календарь:

основывается на месячном движении Луны, при котором лунный месяц составляет приблизительно 29,5 дня, а лунный год—354,5 дня и состоит из 12 чередующихся 29 и 39 дневных месяцев; существует два исторически выработанных пунарных периода: восьмигодичный, составляющий гриблизительчо 2835 дней – так называемый «турецкий цикл» и тридиртигодичный, составляющий приблизительно 10641 дней, так называемый «арабский цикл»; лунарный календарь имел грименение в Древнем Вавипоне, Древнем Египте, Дэевней Греции и Риме, в чистом виде используется в качестве мусульманохого календаря.

2Солярньм Календарь:

основывается на годичном движении солнца, при котором солнечный год составля­ет приблизительно 365 дней; предполагает введение огределенной омстемы висо­косов — дополнительных дней; солярный календарь имел применение в древних цивилизациях чаще всего в сочетании слунарным, лег в основу христианских и ского и григорианского календарей, в чистом виде используется вкачестве современного светского календаря.

 

 

3Лунарно-Солярный Календарь: основывается на согласовании смены лунных фаз с годичным движением Солнца на соответствии некоторого числа целых лунных месяцев продолжительности тропического года; существует два исторически выработанных лунарно-солярных цикла: 8-летний цикл — более древний, основанный на соответствии 8 солнечных лет 99 лунным месяцам, и 19-летний цикл, болееудобный и точный, основанный на соответсгвии 19лунных лет 19солнечньм годам, составлявшим 235 луннькмесяцев и 6940 суток, созданный в 432 г. до Р.Х. древнегреческим астрономом Метоном (родтлся около 460 года до РХ) и получившим название «метонова цикла»; имел приме­нение практически во всех Древних календарях и Европы и Азии.

 

4Ветхий Завет, Исход, 12:23

«И пойдет Господь поражать Бипет, и увидит кровь на перекладине и на обоих ко­сяках, и пройдет Господь мимо дверей, и не попустит Губителю войти в дома ваши для поражения.»

 

5Новьй Завет:

Воскресение Христово произошло «по прошествии же субботы (Мф, 28),

«в пер­вый день недели» (Марк, Лука, Иоанн).

6Ветхий Завет, Исход, 20: 9-11

«шесть дней работай и делай в них всякие дела твои, а день седьмой - суббота Гос­поду, Богу твоему, не делай в оный никакого дела, ибо в шесть дней создал Господь небо и землю, море и все, что в них, а в седьмой почил»

 

7Из Православного исповедания веры Окружного Послания от имени Единой Кафолической и Апостольской Церкви 1 848 г.: «У нас ни патриархи, ни соборы никогда не могли ввести что-нибудь новое, потому хранитель благочестия у нас есть самое Тело Церкви. Да держим исповедание, какое приняли оттаковых мужей - святьк Отец, да отвращаемся всякого новше­ства, как диавольского внушения, на что, если бы кто дерзнул, токовый отрекся уже от веры Христовой, уже добровольно подвергся вечной анафеме за хулу на Духа Святого. Итак, все новшеавующие: еретики ли то, или раскольники, хотя бы то были папы, хотя бы патриархи, хотя бы миряне, аще бы ангел с небесе – анафема ему.»

 

(Северный Катехон №1, С.103-111)








А.Малер

Круг замкнулся


А.Лидов
Византийский
миф и
европейская
идентичность


игумен
Серапион
(Митько)

Предыстория
Катехона

Секция XX Рождественских образовательных чтений "Соотношение науки и веры" 25.01.2012

Встреча с богословом Александром Дворкиным
26.12.2011

Встреча с публицистом Сергеем Худиевым
25.11.2011



Презентация книги
Аркадия Малера 
"Константин Великий"
3.06.2011



Семинар СИНФО
"Почему религии нет места в современных СМИ?"
12.04.2011




Первый пленум
Межсоборного присутствия.
28.01.2011
.



Встреча
с Нелли Мотрошиловой,
зав. Историко-философского отдела ИФ РАН
8.04.2010



Научный семинар экспертной группы «Соотношение
науки и веры» Комиссии Межсоборного присутствия
по вопросам богословия.
ИФ РАН
25.03.2010



Первое заседание Комиссии Межсоборного присутствия по вопросам богословия. ОВЦС. 24.02.2010



Первое пленарное заседание Синодальной Библейско-богословской комиссии в новом составе. ОВЦС.
8.12.2009



Встреча
с Алексеем Козыревым, историком русской философии, зам.декана философского факульета МГУ
19.06.2009



Встреча
с Модестом Колеровым, историком русской философии, редактором информагенства Regnum
30.05.2008



Встреча
с Петром Резвых, историком немецкой классической философии, доцентом Кафедры истории философии РУДН
28.03.2008




Встреча с Азой
Алибековной
Тахо-Годи.
Ноябрь 2007



Встреча
с Алексеем Лидовым,
византологом,
главой Центра восточно-христианской культуры.
29.06.2007



Встреча Клуба "Катехон"
с иерархами РПЦЗ, посвященная воссоединению Русской Церкви.
18.05.2007